Методологический индивидуализм

Как и все эпохальные идеи, концепция методологического индивидуализма в наши дни живет более или менее самостоятельной жизнью, иногда приобретая значения, довольно далекие от исходного. Это подтверждает правильность идеи Поппера о происхождении и автономности объектов «мира».

Однако из этого не следует, что анализ соответствующих теорий должен ограничиваться просто описанием разных смыслов, которые периодически обогащают и преображают их, или довольствоваться изучением причин и последствий таких изменений; он должен также проливать свет на недоразумения, которые приводят к бессмысленной концептуальной и лингвистической путанице.

Прежде всего примером такой путаницы является тенденция смешивать методологический индивидуализм с политическим индивидуализмом^. Из менгеровской критики «атомизма» и «прагматизма», присущих «одностороннему рационалистическому либерализму», и из хайековской критики «конструктивистского рационализма», проникнутого «ложным индивидуализмом», ясно, что под методологическим индивидуализмом оба этих мыслителя понимали отнюдь не рационалистическую версию политического индивидуализма, а совершенно иной подход к социальным явлениям и к миру политики. В контексте австрийской школы политический индивидуализм можно определить как представление об обществе и политике, которое исходит из того, что люди планируют социальные институты сознательно. Методологический индивидуализм, напротив, исходит из представления об отдельных людях как о завершенных социальных единицах и рассматривает институты как непреднамеренный результат действий людей, стремящихся решать свои проблемы в условиях ограниченности знания.

Однако мы не будем подробно останавливаться на различных значениях, которые может приобретать концепция методологического индивидуализма50, а также на тех, которые ему приписываются. Вместо этого мы рассмотрим более прицельно, что именно означал методологический индивидуализм для представителей австрийской школы и какое место он занимал в их философии социальных наук.

С точки зрения австрийцев, методологический индивидуализм — это процедура, посредством которой можно попытаться дать ответ на вопрос Менгера: «Как Же могут возникать институты, служащие для общего блага и чрезвычайно важные для его развития, без общей воли, направленной к их установлению?» Именно потому, что такие институты соответствуют совокупности явлений, которые образуют предмет изучения теоретических социальных наук, методологический индивидуализм и нельзя рассматривать как инструмент, посредством которого можно установить господство экономической науки над остальными социальными науками.

Первая формулировка принципа композитивного метода, или методологического индивидуализма, содержится в предисловии к «Основаниям». Там Менгер пишет о методе, который он использует, следующее: «В последующем изложении мы старались свести [zurückzuführen] сложные явления человеческого хозяйства к их простейшим элементам, еще доступным точному наблюдению, приложить к последним соответствующую их природе меру и с установлением ее снова показать, как сложные хозяйственные явления закономерно развиваются из своих элементов».

Это утверждение представляется важным не только из-за того, где оно размещено, и не только потому, что оно почти в том же виде воспроизводится в «Исследованиях», но прежде всего потому, что оно отражает характер философской и методологической проблематики в работах Менгера и их трактовку в рамках самой австрийской школы.

Социология